О книге «ОКЕАНСКИЕ ОПОРЫ КОСМИЧЕСКИХ МОСТОВ» Автор: Павленко О. М.

25.10.2019
/ / /

О книге «ОКЕАНСКИЕ ОПОРЫ КОСМИЧЕСКИХ МОСТОВ» Автор: Павленко О. М.

Автор книги Павленко Олег Максимович родился 9 июля 1934 года в Одессе. Отец Олега Максимовича был офицером Красной армии, мать – школьным преподавателем истории.
В 1955г. окончил Военно-Морское минно-артиллерийское училище в г.Кронштадте. Служил в ВВС Северного Флота. В 1965 году окончил Ленинградскую Военную Инженерную Краснознаменную Академию имени А.Ф. Можайского с отличием. Служил в южных пунктах Наземного Командно-измерительного комплекса. Принимал участие в работах по автоматическим межпланетным станциям (АМС-ам): «Луна» 8, 9, 10, 11, 12, 13; по космическому кораблю (КК) «Союз-1».
С 1967 по 1974 год – в составе НИС «Космонавт Владимир Комаров» и «Академик Сергей Королев» участвовал в работах по АМС-ам: «Зонд» №№ 5,6,7,8, «Марс» №№ 4,5,6,7; в работах по КК «Союз» №№ 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8; орбитальной станции «Салют – Союз 10», «Союз-12», «Союз-13».
C 1974 по 1985 гг. продолжал службу представителем ГУКОС МО СССР: в ЦКБ «Балтсудопроект», «Невское НПКБ», ЦКБ «Связьморпроект», «Балтийский завод», Судостроительный завод им. А.А. Жданова, «Ленинградское Адмиралтейское объединение».
При его активном участии в ЦКБ «Балтсудопроект» были разработаны проекты научно-исследовательских судов (НИС) 1929 «Селена М», кораблей измерительного комплекса (КИК) 1914 «Зодиак» и НИС 19510 «Адонис». По этим проектам, соответственно, были построены:
НИСы «Космонавт Владислав Волков», «Космонавт Павел Беляев», «Космонавт Георгий Добровольский», «Космонавт Виктор Пацаев» – 1974-1979 годы, исполнитель работ «Северная верфь»;
КИК «Маршал Неделин» – 1984 г. Адмиралтейские верфи;
КИК «Маршал Крылов» — 1990 г. Адмиралтейские верви;
НИС «Академик Николай Пилюгин» – Адмиралтейские верфи. Спущен на воду в 1991г.

О.М.Павленко активно участвовал в разработках и испытаниях новых радиотехнических морских комплексов, судовых навигационных и связных средств, систем и комплексов управления. Приложил немало своих сил и знаний в разработке проектов и осуществлении заказов ГУКОС, в организации совместных работ своего представительства и промышленности. За плодотворную деятельность в создании морских комплексов и непосредственное участие в работах по управлению космическими полётами награжден орденом «Знак почета».
C 1985 по 1989 гг. служил в должности уполномоченного по заказам 3 Управления ГУКОС на предприятиях Ленинграда. В 1989 году вышел в запас по возрасту.
С января 1990 по сентябрь 1994-го годов организовал разработку «Невским проектно-конструкторском бюро» проекта переоборудования НИС «Космонавт Владимир Комаров» в «Ленинградский аэрокосмический центр экологии», ЛАКЦЭ «Экос-Конверсия». Разработанный проект осуществить не удалось, из-за событий 1991-1993 годов и последующего развала экономики и управления страной.
В течение последних двадцати лет Олег Максимович, постоянно общаясь с ветеранами флота, собирал исторические материалы о космическом флоте. В Музее космонавтики Академии имени А.Ф. Можайского он организовал выставочную экспозицию об истории космического флота и соединения кораблей командно-измерительного комплекса Тихоокеанского флота – непосредственного участника создания ракетно-ядерного щита СССР.

ОКЕАНСКИЕ ОПОРЫ КОСМИЧЕСКИХ МОСТОВ
(Санкт-Петербург, 2011 г.)


Четыре тома книги посвящены истории Морского космического флота. Уникальный флот возник в годы начала космической эры (с 1959 г.) и активно участвовал в осуществлении программ освоения космоса в течение 35 лет. Жизнь флота и людей, изложена в книге на фоне текущих событий происходящих в мире и стране с момента запуска СССР первого искусственного спутника Земли. В книге представлены все научно-исследовательские суда и корабли, переоборудованные и построенные для обеспечения контроля запусков космических аппаратов и управления космических полётов космических кораблей и орбитальных станций, созданных по заказам Главного управления космических средств МО СССР. Все вехи истории МКФ описаны в соответствии с реальными событиями во времени и пространстве и в большинстве подтверждаются документально. Все персонажи носят свои имена и фамилии. Изложение ведется от первого лица в форме дневника за каждый день перехода НИС «Космонавт Владимир Комаров» (КВК) в 1994 году из Санкт – Петербурга в индийский порт Бхавнагар через Атлантический и Индийский океаны, к месту утилизации. В книгах описано 47 суток этого перехода, 10 дней стоянки на рейде и 2 дня, осуществления выброса судна на берег (бичинга), с использованием прилива.
Описание каждого дня перехода КВК начинается с координат судна на текущую дату перехода. В течение этих суток в беседах с членами последнего экипажа КВК раскрываются истории и события, экстремальные ситуации, случаи и факты связанные с сотрудниками космического флота, работавшими на флоте в те же даты прошедших лет. В большей части изложение идёт в форме диалога. В некоторых случаях события излагаются в форме воспоминаний. Почти в каждом дне используются материалы дневников членов экспедиций, воспоминания капитанов, руководителей экспедиций.
Материалы книги отражают этапы из истории МКФ:
— создание кораблей командно-измерительного комплекса ТОФ для измерения параметров движения и работы приборов головных частей МБР и приёма телеметрии с космических аппаратов (1959 – 1990 гг.);
— создание плавучих телеметрических пунктов для обеспечения приёма телеметрической информации о работе бортовых систем тормозных двигателей КА и КК на посадочных витках, характере работ доразгонных блоков при выводе автоматических межпланетных станций (АМС) на траекторию полета к планетам (1960-1976 гг.);
— cоздание научно-исследовательских судов для их участия в космических программах СССР по исследованию Луны (1966 – 1971 гг.);
— создание специализированных судов для обеспечения полётов орбитальных станций (1974-1984 гг.).
В книгах отражена организующая роль НИИ4 МО, 3 ГУ ГУРВО, ЦУКОС, ОС.
В книгах рассказано о работах кораблей по головным частям МБР в период 1959-1974 годов. Об участии плавучих измерительных пунктов в запусках первых АМС «Венера», «Луна», «Марс», «Зонд», пилотируемых КК «Восток» и «Восход», «Союз», орбитальных станций «Салют» и «Мир», спутников связи «Молния-1» и других.
Большую помощь в написании книги сыграли материалы, переданные автору ветеранами МКФ, представителями заказчика строительства флота и институтов:
— от ГУКОС МО СССР: В.В.Быструшкиным, Спириным В.И., Орловым В.В. Антиповым А.М., Ридько А.М.;
— от НИИ-4 МО: Баланом А.А. Бурдейным О.М., Шатохиным Н.П., Бачуриным А.П.;
— от СКИ ОМЭР АН СССР: Безбородовым В.Г., Поздняковым И.Н., Феоктистовым В.С., Турецким А.Г., Капитановым А.А., Сыровым Б.В., Расторгуевым О.С., Дубковым В.Е., Дерешевым П.Ф., Олюниным Г.И., Маслениковым А.А., Лагодиным А.Н.;
— от соединения КИК ТОФ: Литвиновым В.С., Цымбалом В.Н.;
— от специалистов ЦУПа: Благовым В.Д., Букреевым Н.И.;
От ЦКБ «Балтсудопроект»: Ардашевым Б.П., Блюмом Г.М.;
От БМП: капитаном Фечиным Ф.Ф.
Автор, очевидец и участник работ флота трёх десятилетий космической эры. Посильно он старается отразить дух и коллизии в жизни людей посвятивших свою жизнь уникальной космической структуре, Морскому космическому флоту, который внёс значимый вклад в успехи нашей страны на этапе проникновения человека в неведомые тайны вселенной.
Впервые такой флот появился, когда стране нужен был межконтинентальный ракетоноситель для доставки ядерного заряда на дальность 12000 км. Это было необходимо, чтобы обеспечить ядерный паритет с США, которые планировали третью мировую войну, с целью утверждения своего мирового господства. Корабли Тихоокеанской гидрографической экспедиции подтвердили миру наличие у СССР такого носителя, той самой «кузькиной матери», о которой заявил Н.С.Хрущёв с трибуны ООН.
Начало межпланетных, пилотируемых полётов и лунных программ в СССР и США потребовали наличия плавучих командно-измерительных комплексов для обеспечения их осуществления. В книге нашли отражение многие стороны жизни людей, посвятивших жизнь космическому флоту. Атмосфера советского строя и начало перестройки страны, распад СССР и образование России передается через судьбу МКФ и судеб людей, прошедших с флотом до самого конца.

Одно из многочисленных стихотворений автора размещённых в книге, которое он зачитал на конференции посвящённой 50-летию первого полёта космонавта вокруг Земли, где присутствовали ветераны космического флота и школьники из 82-х московских школ:

Я в зал смотрю – и вижу море
И белой пеной — седина.
А Ваши лица, как страницы,
О бурях, штилях и зарницах,
Как штурм Луны вела Страна.

Вон там «Долинск» приник к причалу.
У «Ристны» трап готов к завалу.
«Кегостров» с «Невелем» в ночи ушли.
Потом, «Боровичи»,
Окликнув «Моржовец» гудком,
Пошли, открыто, не тайком.

И «Комаров», блестя шарами,
Пошел, балтийскими путями,
Поведать миру, что Страна,
Героев помнит имена.

Воспоминанья набегают:
Огни «Гагарина» сверкают,
И «Королев», как лебедь белый,
Стоит с ним рядом, гордый, смелый.

Смотрю я в зал, и вижу лица,
Одни — истории страницы!
Другие юности полны.
Победы наши им нужны!

Где наши судьбы не носило.
Нам рабство свастики грозило,
Под вой сирен, бомбежек ад,
Блокада, славный Сталинград,
И победителей парад!

Нас разбудил Хрущев Никита,
Сказав, что карта культа, бита!
Без страха жить, мы так хотели.
И в Космос первыми взлетели!

Такие, нам, открылись дали:
Наш Шарик – словно диск медали,
Висит, украсив грудь Вселенной,
Весь голубой и несравненный!

Висит один между планет,
Где солнце есть – соседей нет.
И мы прозрели все тогда:
Войны не нужно никогда!

И этот тяжкий к миру путь
Судьба дала и нам хлебнуть.
Нам время выпало на диво!
И рассказать о нём правдиво
Наш долг.

Должны мы рассказать о СКИ
И дать истории мазки,
На холст, истории страны,
Которой были мы верны.

Нам жребий выпал не кровавый.
Страну мы укрепляли славой.
И свой мы ощущали взлёт,
Когда «Восток» ушёл в полёт,
«Союз» к «Союзу» прикоснулся,
А АМС «Зонд-5» домой вернулся,
И старты Марсов совершались.
Мы во Вселенной расселились!

Пусть через годы наш задел
Откроет юношам раздел
Морских космических работ.
Я верю – космос призовет!

И выйдут в море корабли,
А в космос полетят с Земли
Ракеты к Марсу и звездам,
И воздадут всем первым ВАМ:
Хвалу творцам, и их делам!

В истории нашей планеты было несколько эпохальных событий это рождение Христа в 1-м веке и христианства, начало мореплавания и освоения Земли человеком XV-XVI в, создание Эйнштейном общей теории относительности начало XX в, и выход человека в Космическое пространство 1961 год.
Нашему поколению посчастливилось быть созидателями космической эры Земли, а молодому поколению предстоит открыть эру освоения планет Солнечной системы!

Подробнее

Воспоминания моряков МКФ Олюнина Г. и Формина Г

25.10.2019
/ / /

Воспоминания моряков МКФ Олюнина Г. и Формина Г.
ИЗ ЛИЧНЫХ ВОСПОМИНАНИЙ МОРЯКА КОСМИЧЕСКОГО ФЛОТА

1
Георгий Олюнин

В знак благодарности английским военнослужащим, проходившим службу в феврале 1983 года на острове Вознесения, база НАТО в Центральной Атлантике. Во время холодной войны они оказали неотложную медицинскую помощь советскому моряку, старшему электрику экипажа научно-исследовательского судна «Моржовец» — Сараеву Илье Ивановичу.

Джентльмены и перестраховщики

Наверное,ещё тогда, во времена острого противостояния двух общественно-политических систем, в годы предшествующие советской перестройке, начала складываться атмосфера потепления между Востоком и Западом, о чём свидетельствует этот короткий сюжет из жизни научно-исследовательского судна, оказавшегося в центре Атлантики.Поворот мышления, меняющуюся ситуацию в межгосударственных отношениях чувствовали и понимали не все, подтверждение этому описываемый мной эпизод. Случай на борту НИС «Моржовец», как и другие похожие, в условиях идеологической борьбы не был освещён советской прессой. Иное отношение к похожим событиям можно было наблюдать только через двадцать лет. Так, в период гласности, нельзя было «замолчать» историю с АПЛ«Курск» и наша страна выразила благодарность специалистам из зарубежных стран, предложивших свою помощь. На помощь терпящим бедствие российским морякам, не раз спешили английские спасатели, своей спецтехникой они спасли людей в подводных аппаратах, запутавшихся в металлических сетях.

Научно-исследовательское судно (НИС) «Моржовец», принадлежащее Службе космических исследований Отдела морских экспедиционных работ АН СССР,порт приписки Ленинград, находилось в своём 17-ом экспедиционном рейсе с 2 ноября 1982 года. На борту судна было 76 моряков: — 33 члена экспедиции (пятеро руководителей командного состава и 28 гражданских инженеров и техников);- 43 — члена экипажа (судовой команды), моряков плавсостава ММФ СССР из порта приписки Ленинград. Реально арендатором судна у Балтийского морского пароходства было Министерство Обороны СССР, поскольку оно непосредственно осуществляло пуски ракет-носителей и управление полётом космических средств. На четвёртом месяце плавания, февраль 1983 г., мы вышли из африканского порта Дакар (Респ. Сенегал) и шли в рабочую точку южных широт Атлантики. 22 февраля пересекли экватор, скорость хода судна составляла до трёх градусов по меридиану в сутки. 25 февраля, на7-ом градусе Южной широты вблизи нашего курса оказался британский остров Вознесения. В то время, как мы оказались на траверзе острова,капитану судна поступил тревожный доклад судового врача о плохом самочувствии члена экипажа, ст.электрика Сараева. Врач откровенно сообщил капитану свои сомнения в успехе проведения хирургического вмешательства на борту судна, в условиях тропиков. Симптомы заболевания подсказывали экстренную необходимость квалифицированной помощи в стационарных условиях.

Капитан судна Радченко Владимир Яковлевич, обсудив создавшуюся ситуацию с начальником экспедиции Выдранковым Алексеем Ивановичем, принимает решение связаться по радио с капитаном порта Джорджтаун,административным центром острова Вознесения. На запрос капитана о необходимости оказания медицинской помощи моряку советского судна последовал незамедлительный ответ: «Готовы оказать помощь в любое время. Заходите!».

С момента получения разрешения на заход начинается несуразная история с ним связанная.

2
25 февраля. НИС «Моржовец». 17.30 МСК (Московское время) Начальник экспедиции, получив информацию от капитана о разрешении зайти в Джорджтаун, информирует своё руководство в Москве о необходимости зайти в ближайший по курсу порт. Он надеется получить подтверждение правильности принятого решения.

Москва.21.00 МСК. Узел связи Морского комплекса посылает телеграмму Шлыкову Н.Ф., возглавлявшему наземный Командно-измерительный комплекс (КИК)управления космическими полётами, в состав которого входил Морской комплекс. В ней – запрос разрешения на заход НИС «Моржовец» в порт для оказания срочной медицинской помощи больному с острым приступом аппендицита.

26 февраля.Москва. 00.05 МСК. Получено разрешение от заместителя начальника КИКЖукова Н.Н. для госпитализации члена экипажа судна на острове Вознесения. На НИС «Моржовец» послана телеграмма с разрешением вынужденного захода в порт.

НИС«Моржовец». 10.00 МСК. Судно заходит в территориальные воды английского острова и бросает якорь на рейдовой стоянке порта Джорджтаун. Стоянка водной миле от берега, напротив административного центра острова. Через несколько минут к борту судна причалила надувная моторная лодка с четырьмя пассажирами на борту. Капитан судна спустил трап и все четверо поднялись в его каюту. Гости поочерёдно представились: капитан порта Джон Роберсон, врач-индус Робин Вайтла и ещё двое сопровождавших их офицеров. Не спросив у капитана о целях и задачах выполняемых судном в океане, не потребовав никаких документов, представители порта попросили показать больного. Все спустились в каюту старшего электрика. Осмотрев больного, доктор Робин Вайтла выразил озабоченность его состоянием и сделал заключение о необходимости его срочной госпитализации. При это мон робко попросил показать ему судовую амбулаторию. Сложилось впечатление, что осмотр амбулатории был нужен, с целью убедиться в возможности выполнения медицинской операции на борту судна, без захода в порт. Когда же Робин увидел условия, в которых должен был бы оперировать судовой врач, он будто сдаваясь в безвыходной ситуации,эмоционально поднял руки вверх, попросив немедленно направить больного в местный госпиталь.
Вместе с больным на берег убыли все прибывшие на судно, судовой врач и старший помощник капитана, хорошо владеющий английским. 17.00 МСК. Старпом и судовой врач вернулись из города. Они сообщили, что у больного берут необходимые анализы, готовят его к операции. Капитана судна будут держать в курсе всех дел по радио.

26 февраля.Москва. 09.30 МСК. Вслед за разрешением на заход НИС «Моржовец» на остров Вознесения, начальник Морского комплекса Безбородов Виталий Георгиевич получает резолюцию высокого руководства, начальника Главного управления космических средств Максимова А.А.:
«Решение принято неправильно. Нужно было найти близко проходящее советское судно, сдать больного для передачи в ближайший порт. Хорошо, если всё обойдётся. На острове Вознесения находятся военная база НАТО и ракетный испытательный полигон США. Они могут устроить какую-нибудь провокацию, поднять шум о заходе «русского шпиона», как это было в Бразилии в 1968 году, а у Вас на борту секретная аппаратура.

НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ ПОРТ!»

10.00 МСК. Напункт управления Морского комплекса поступило приказание Шлыкова Н.Ф.,обязывающее начальника космического флота дать телеграмму начальнику экспедиции НИС «Моржовец» немедленно выйти из порта.
Виталий Георгиевич попытался убедить руководство,что такую команду давать на борт судна не следует, именно это и вызоветподозрение местных властей о «неблаговидных намерениях русских». Но,всё бесполезно.

Безбородов В.Г., вынужденно, направляет на судно две телеграммы:1. Доложить о состоянии здоровья больного и о принимаемых мерах.2. Ускорить решение вопроса с больным и срочно выйти из порта.
Ответить на первую телеграмму было невозможно, так как работать на излучение судовыми КВ-передатчиками при стоянках в портах запрещено международными правилами. Вторая телеграмма, выглядела и вовсе абсурдной. Получается, «чтобы ускорить решение вопроса», мы должны были вплавь добраться до иностранного берега, чтобы в госпитале«ускорить» проведение медицинской операции персоналом врачей советскому гражданину, находящемуся под скальпелем английского хирурга. Затем, в связи со «срочным выходом» судна из порта, больного нужно было бы немедленно эвакуировать с операционного стола без после операционного наблюдения. Приказ о срочном выходе из порта, исходящий от органа,первоначально подтвердившего разрешение на заход в этот порт, выглядел совершенно нелепо и был воспринят на борту судна не ординарно. Здесь, в Атлантике, мы чувствовали и догадывались, что вышестоящие начальники в Москве, запуганные возможными провокациями со стороны западных спецслужб, искали возможность поскорее вывести нас из «опасного порта».Пренебрегая жизнью своего гражданина, заботились они только об одном:как бы прикрыть свою спину на случай «если».

Находясь за тысячи миль, мы ощущали давление, которое испытывал начальник космического флота от руководителей космического ведомства. Получив информацию о тревожном состоянии больного, они дали разрешение на заход, но позже, узнав о принадлежности острова к базам НАТО,отработали «полный назад». Об особенностях маленького острова в Атлантике можно было бы прочитать в Большой советской энциклопедии. Но,запоздавшие справки консультантов, о потенциальном противнике в Атлантике, нагнетали страх на высокопоставленных лиц. Более всего их мог обеспокоить факт существования на острове американского испытательного полигона, наземного измерительного пункта слежения за полётом головных частей межконтинентальных боевых ракет. Для этого американцы арендовали часть территории острова, на которой стояли различного вида антенны. С 1957 года на всех морских картах мира в акватории о.Вознесения появились знаки, предупреждающие о стрельбах на морском полигоне США. Начальники космического ведомства СССР руководил и аналогичными отечественными комплексами, вместе с ними им подчинялся и Морской космический флот. Руководители эти, по-видимому, не имели представления об элементарных нормах международного права по судоходству и мореплаванию. Например, отдавая свои приказания, они игнорировали личное право капитана гражданского судна. В случае невозможности оказания больному медицинской помощи на борту, в соответствии с международным правом, капитан мог обратиться за этой помощью в любой близлежащий порт. .

Про читав телеграммы, подписанные Безбородовым, у нас не возникло сомнения, что их отправители – другие лица. Потом, вернувшись на

3
Родину, мы убедились в этом. Виталий Георгиевич, сообщая о вынужденном заходе в ближайший порт, специально не стал объяснять вышестоящему органу о том, что базируется на острове Вознесения. Уж кому как не им, командующим космическими средствами, должно было быть известно, что размещено на этом острове. Поспешив дать разрешение на заход судна в порт,начальники быстро изменили принятое решение, с паническим чувством страха стали искать крайнего. Они его нашли. Первым в трудном положении оказался начальник экспедиции Выдранков Алексей Иванович. Получив телеграмму с требованием покинуть порт, перед ним встал острый вопрос:что же делать? Сумеет ли оправдаться, если приказ не будет выполнен. В хаосе мыслей выбираются и тут же отвергаются варианты. Вот, например.Больной на берегу. Выполняя приказ, выходим из порта за пределы территориальных вод и работаем по радио, чтобы как-то отбиться от назойливых требований. Но кто же разрешит снова вернуться в порт? А не выполнить приказ – равно совершить преступление. Алексей Васильевич объявляет сбор руководящего состава, выслушивает мнения и принимаете динственно правильное решение. Остаться! Соблюдать радиомолчание.
27 февраля. Москва. Утром, Безбородов В.Г., через представителя ММФ СССР в Лондоне, подаёт телеграмму капитану порта Джорджтаун об ускорении решения вопроса с больным и срочном выходе из порта. Представитель ММФ, ретранслируя сообщение, фразу о срочном выходе из порта исключает из текста. Невольно убеждаешься, насколько грамотные, совсем не похожие на Шлыкова, люди работают за рубежом, недаром таких направляют за границу. 15.30 МСК. Безбородов В.Г. даёт повторную телеграмму на борт НИС «Моржовец»: «Немедленно покинуть порти выйти на связь!» Чувствуете, как изменился тон телеграмм? Звучит очень категорично. Уже в этом наблюдается угроза наказания должностных лиц за невыполнение распоряжений старших начальников. Но на судне сохраняют спокойствие, у коллектива моряков единое мнение: заберём больного, тогда и покинем порт. Капитан судна при этих «раскладах»тогда вообще не брался во внимание. Окончательное решение в основном зависело от воли начальника экспедиции. Судно продолжало оставаться в порту и, не нарушая запрета работы на излучение, не отвечало на телеграммы.
28 февраля. Москва. В то время как на борту НИС«Моржовец» готовились принять послеоперационного больного, в кабинете Безбородова В.Г. раздаётся звонок Шлыкова Н.Ф. Его вопрос: «Вы уверены,что они зашли в порт не с целью измены Родине? Дайте политическую характеристику капитану судна и начальнику экспедиции!». Ответ был дан с полной уверенностью в надёжности людей, дана объективная характеристика каждому. При этом Виталий Георгиевич выразил крайнее удивление такой постановкой вопроса, за что услышал грубые высказывания в свой адрес. Почувствовав недоверие начальства, он написал рапорт об увольнении с должности. Это решение моряка-профессионала, двадцать лет руководившего космическим флотом, вызвало сожаления у всех, кто знал Безбородова, первым возглавившим Морской комплекс.
НИС«Моржовец», 15.00 МСК. В центре Атлантики продолжались действия по спасению жизни одного человека, сохранению его для своей семьи и для Родины тоже. Звонок капитана порта по УКВ капитану судна: «После выполненной операции больной не транспортабелен по воде и будет доставлен на борт судна вертолётом. К Вам следуют военнослужащие для подготовки места высадки больного». Прибывшие военные выбрали место высадки в районе открытой площадки носовой палубы. Через пять минут над левым бортом у форштевня завис вертолёт королевских ВВС. Одновременно от берега шла шлюпка с представителями порта. Капитан порта звонил на ходу капитану «Моржовца» по радио, он попросил разрешения прислать второй вертолёт для телевизионной съёмки оказания помощи советским морякам. Наш капитан был удивлён такой постановкой вопроса, подумав про себя, у нас о таком разрешении и не спросили бы. Улыбнувшись, Владимир Яковлевич дал добро и осторожно спросил: «можем ли и мы фотографировать этот процесс?». Ответ был положительным. Вскоре к борту пришвартовалась шлюпка со знакомыми лицами, бывшими на борту при эвакуации больного на берег. Спуск больного из вертолёта произведён в течение 10 минут. На чёрно-белых фото, пролежавших в папке автора этих воспоминаний почти 25 лет, зафиксирована работа английских десантников.
Наши гости поспешили в лазарет к Сараеву И.И.Хирург-индус, сделавший операцию, показал послеоперационный шов судовому врачу, дал необходимые на первое время антибиотики, передал текст истории болезни.
Все прибывшие на борт судна, по русскому обычаю,были приглашены в каюту капитана за накрытый стол. Короткое застолье прошло в дружеской обстановке. Не обошлось без шуток. Так, автор этих строк, обращаясь к капитану порта, заметил, что его имя Георгий и,вероятно, порт на этом острове назван русскими исследователями. Капитан порта отшутился, сказав, что готов не только отдать нам город, но и весь остров, пусть не только они, но и русские знают, насколько«сладка» служба на скалистом острове вдали от земных материков. По окончании застолья капитан попросил своего помощника внести подарки.Все гости получили наборы российского спиртного с красной икрой и коробками шоколадных конфет. Капитан, от себя и всех моряков судна,выразил глубокую благодарность врачу за оказание неотложной медицинской помощи. Поблагодарил капитана порта и всех участников операции спасения жизни советского моряка. Английские гости пожелали нам счастливого плавания.

Москва,21.30. С борта НИС «Моржовец», на пункт управления Морским комплексом поступила радиограмма о выходе судна из порта с

4
больным на борту: «…отношение властей доброжелательное. Задержались с выходом из-за трудностей доставки больного. Она произведена вертолётом. Самочувствие больного хорошее. Следуем в точку работы Южной Атлантики. НЭ Выдранков, КМ Радченко».
В заключение рассказа, приведу выдержку из Уставаслужбы на морских судах Академии Наук СССР, который был разработан в соответствии с Уставом Всемирного мореплавания:
Статья 107: «В случае необходимости срочной квалифицированной медицинской помощи больному, которая не может быть оказана на судне в море, капитан обязан зайти в близлежащий порт,известив об этом судовладельца».
Добавлю ещё два штриха к этому очерку.В день захода НИС «Моржовец» на о.Вознесения ближайшие советские суда находились в радиусе 500-800 миль, т. е. в двух сутках хода. Старший электрик Илья Иванович Сараев после этого случая продолжал ходить в рейсы на судах Морского космического флота. В 1993 году, перед расформированием Морского комплекса, он работал в составе экипажа НИС«Космонавт Владислав Волков».

Ред.А.Капитанов, март 2006г.

Воспоминания моряков МКФ Олюнина Г. и Формина Г

 

 
 
Подробнее

Гимн ветеранов Морского Космического Флота. Автор Чубукин

25.10.2019
/ / /

Гимн ветеранов Морского Космического Флота  Автор: В.Чубукин, ред. В.Бугаев

Романтики моря, мы служим науке,

И в холод, и в зной океанских широт,

И в штормы, и в штиль, за тысячи миль,

Уходим мы в дальний поход.

Мы в разных широтах: и в Северных водах,

И в Южной Атлантике, ночью и днем,

И в штормы, и в штиль, за тысячи миль,

К назначенной точке идем.

Там будут на связи с Землей космонавты

И в ЦУП сообщать, как проходит полёт,

И в штормы, и в штиль, за тысячи миль,

Доклад экипажа придёт.

А если над нами с орбиты стартуют

К планетам далеким «Венера» и «Марс»,

И в штормы, и в штиль, за тысячи миль,

Об этом узнают от нас.

Когда три гудка прозвучат в океане,

Мы трудную вахту свою завершим,

И в штормы, и в штиль, за тысячи миль,

К родимому дому спешим.

Нас будут встречать после долгой разлуки Родной наш причал и семья, и друзья,

А штормы и штиль, и тысячи миль Никак позабыть нам нельзя!
( Последние 2 строки в куплетах исполнять дважды )

ПЕСНЯ ВЕТЕРАНОВ Морского космического флота. Автор — Вячеслав Бугаев.

При встрече от улыбок ярче свет,
Хоть мы уже заметно постарели,
Живем воспоминаньем прошлых лет,
Морские песни мы не все еще пропели.

Припев: Мы, — Безбородовцы, — верны остались морю,
И крепкой дружбой наши связаны сердца,
Той, что проверена и в радости, и в горе,
Пока мы живы – и не будет ей конца.

Не раз мы уходили в дальний рейс,
В каких только широтах ни бывали,
Над нами шли «Салют», «Союз», «Прогресс»,
«Венеры», «Марсы» в космос дальний стартовали.

Припев.

С тех пор уже прошло немало лет,
Но мы морские будни не забыли,
И в памяти… такой глубокий след,
Что нынче кажется: вчера все это было.

Припев.

Остался позади знакомый порт,
Маяк нас провожает в путь миганьем,
И лоцман скоро наш покинет борт,
Огням Лас-Пальмаса мы скажем: «До свиданья!».
Припев.

А впереди – десятки тысяч миль
И в Северной Атлантике, и в Южной
И череда работ не только в штиль,
Но даже в шторм ревущий, если будет нужно.
Припев.

Когда сеанс последний проведем,
Заветный курс проложит штурман к дому,
А Родина и есть наш общий дом,
К ней возвращаемся мы, к берегу родному.
Припев.

 

Подробнее

Рыбалка и морская фауна

20.10.2019
/ / /

Авторы фото: Александр Барабанщиков, Александр Букин, Анатолий Капитанов, Валерий Тененика, Виктор Ковылкин, Виктор Цуканов, Владимир Рогожин, Владимир Уперенко, Владислав Сокалло, Геннадий Маценко, Геннадий Цехановский, Дмитрий Чернов, Игорь Гусев, Олег Волков, Юрий Кузьмичёв, Юрий Сулаев;

Подробнее

Копирайт 2008-2020 ski-omer

Сделано в chwh студии